Работал он в депо локомотивном.
Учился и комбайном управлять.
Но понимал почти интуитивно –
Ему милее за станком стоять.
И 20 лет он на станке токарном
Трудился, за работой песни пел.
Возможно, мог петь и на поприще сценарном,
Но в хор идти упорно не хотел.

Не все могут легко определиться в своей профессии, бывает подолгу ищут себя в разных сферах деятельности. Евгений Петрович Сосько сразу почувствовал своё призвание и сделал выбор раз и навсегда. Он никогда не жалел о том, что 20 лет своей жизни посвятил заводу ЖБИиК.

Из воспоминаний Евгения Петровича Сосько. Работал с 1975 по 1994 гг.

Моя трудовая деятельность после армии началась на Куйбышевском химическом заводе. Устроился в цех №11 токарем. Специальность получил в Барабинском локомотивном депо. Работа мне нравилась. Планировал остаться навсегда, если бы не случай.

Как-то весной подошёл ко мне начальник цеха и предложил поехать в подсобное хозяйство учиться на комбайнёра. Не спрашивая моего желания, внёс меня в список и предложил на выбор две деревни: Зоново или Осинцево. У меня не было желания выбирать. И вовсе не из вредности, а потому что мои пожилые родители нуждались в помощи.

Мысль, что делать дальше, не давала покоя. Однажды ехал со смены домой на автобусе и, проезжая мимо нового предприятия, услышал разговор пассажиров: “Вот, только запустили железобетонный завод, набирают рабочих. Дом жилой уже строится – будут давать квартиры”. Я тут же вышел из автобуса на остановке ”ГРЭС” и встретился с директором. Принял меня Григорий Степанович Коваленко. Внимательно выслушав, сказал: “Увольняйся с прежнего места работы и приходи, мы будем тебя ждать”.

С увольнением быстро не получилось. Заявление пришлось подавать несколько раз, так как начальник цеха его не подписывал. Потом мне подсказали написать заявление в двух экземплярах, зарегистрировать, отработать положенные две недели и спокойно уйти. Так я и поступил.

В марте 1975-го года устроился на ЖБИиК. Григорий Степанович попросил меня в течение года использовать свой инструмент, потому что на заводе тогда с этим была большая проблема. Он пообещал, что когда сдадут в эксплуатацию первый жилой дом, то получу в нём квартиру.

Меня поразили первые впечатления после химзавода. Жуткий холод, через оконные рамы задувал ветер, порой, на станках даже лежал снег. Прямо в цехе разводили костёр и грелись. Картина была, как из фильма про войну.
Токарный станок К-62, на котором мне предстояло работать, стоял в арматурном цехе. Только включу его на малых оборотах, он разогреется, через какое-то время перемерзает снова. В течение смены делал это не раз. Хорошо, что тут же находилась кузница, самое тёплое место в цехе, куда я сам ходил отогреваться.

Постепенно ситуация менялась. Утеплили оконные проёмы. Станок перенесли в слесарный цех. Стало значительнее теплее. Теперь ко мне приходили греться арматурщики, сварщики, ремонтники.

Практически сразу я получил двухкомнатную квартиру. Директор своё слово сдержал. Хотя многим давали в то время комнаты на подселении. На возмущённый ропот со стороны недовольных Григорий Степанович отвечал: “Идите, поработайте на их месте и вы получите такие же квартиры”.
Через некоторое время токарку перевели в гараж. Появились два фрезерных станка. Потом ещё привезли токарные станки: из Новосибирска – новый горизонтальный,а с завода автозапчастей – вертикальный, в разобранном виде. Мы собирали его сами.

Бывало, если случалась поломка, нас вызывали ночью и никогда не было в мыслях отказаться. Надо отдать должное Григорию Степановичу – он никогда не приказывал и не требовал. Просто подойдёт и скажет: “Ребята, надо сделать”. Вся наша бригада быстро собиралась и без возражений ехала на завод. В ней трудились: Николай Хмельков, Александр Бояринцев, Василий Мурзалев, Яков Гергаузер.

Мы не считались с тем, кому какую работу выполнять – слесарную или токарную. Кто сделал свою часть, шёл помогать другим. Как-то в конце недели сломалась бетономешалка. Подходит директор и говорит: “Ребята, надо, чтобы в понедельник завод заработал”. Мы не препирались, дружно выходили и не сачковали. Григорий Степанович был душевным человеком, сколько раз привозил нам сумки с продуктами на обед и ужин, чтобы мы не отвлекались от ремонта. Его жена Зоя Николаевна готовила нам что-нибудь вкусное. Сейчас это вспоминается с особой теплотой и благодарностью.

Был у меня ещё случай, в котором раскрываются лучшие человеческие качества нашего первого директора. Моя жена после декретного отпуска вышла на работу и с ночных дежурств приходила в 9:30 утра. На завод я не успевал к восьми часам – ребёнка оставить было не с кем. Хоть с работы увольняйся. Пошёл к Григорию Степановичу, объяснил ему безвыходную ситуацию. Он с пониманием отнёсся и разрешил мне выходить к десяти часам, причём без отработки. Сказал только: “Ты всегда работаешь безотказно, не считаясь с личным временем”.

Наш директор умел ценить в людях их деловые качества и добросовестное отношение к работе. Сам всегда держал данное слово. Вообще-то, нам повезло на директоров. Когда в 1982-м году Коваленко ушёл на пенсию, его место занял главный инженер Владимир Фёдорович Хританков. При нём жизнь на заводе круто изменилась.

Владимир Фёдорович всё брал под личный контроль. Однажды услышал, как мы с Александром Бояринцевым на два голоса поём за станком и повёл нас, чуть ли не за руку, на репетицию хора. Александр стал участником вокальной группы, а я не согласился. Мне нравилось петь по велению души за работой у станка, а по принуждению ходить на репетиции не хотелось.
Жизнь на заводе была интересная, разнообразная. Быстрыми темпами шло благоустройство базы отдыха. Строили спорткомплекс и профилакторий. Создавали своё подсобное хозяйство.

Потом нас накрыли “лихие” 90-е. Ситуация стала постепенно ухудшаться. Завод распался на малые предприятия. Годы расцвета сменились периодом безвременья с длительными простоями, невыплатами зарплаты, бартерными отношениями. Начались сокращения и увольнения. Уходили в никуда мои коллеги.

За себя я особо не переживал из-за перемен, зная, что вне завода без работы не останусь. Со своей квалификацией никогда не пропаду. Но не мог без боли в сердце смотреть на происходящее. Это же было всё родное, всё моё! В конце концов пришлось уволиться, хотя я не “летун” по натуре. Переходить с места на место мне несвойственно. За 20 лет прикипел к заводу, вложив силы и душу в его развитие. Там даже первые гвозди вбиты моей рукой.

Сейчас рад, что заводу, несмотря на тяжёлые времена, всё-таки удалось сохранить свой статус, в отличие от многих предприятий нашего города. Он выпускает продукцию, люди обеспечены работой, появилась перспектива и надежда на лучшее.

4
1
2
3

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Заполните поле
Заполните поле
Пожалуйста, введите корректный адрес email.

Читайте также