Сергей Гомонов: Судебные приставы — между двух огней

Сергей Гомонов работает в службе судебных приставов уже почти 15 лет. Ему нравится эта нелегкая работа. В другой должности он себя не представляет. Чувствует себя нужным и полезным в своем коллективе, да и барабинские коллеги уже стали родными.

Сергей Иванович считает, что его жизнь сложилась именно так, как он хотел. У него — хорошая, значимая для общества работа, уважение коллег и любящая семья.

— Службе судебных приставов в этом году исполнилось 149 лет. Получается, что зарождение этой службы произошло еще до революции. Вы сейчас в своей работе чувствуете что-то общее с работой приставов тех, царских, времен?

— Становление современной службы произошло с 1997 года. До сих пор еще разрабатываются законы, которые укрепляют работу судебных приставов-исполнителей. Ну а если сравнивать с дореволюционной службой, то, наверно, там уже были многолетние наработки. Думаю, что современная работа отличается от дореволюционной. Люди стали наиболее образованными, с каждым приходится заниматься персонально. Иски суды выносят все более сложные. От каждого пристава-исполнителя требуется все больше знаний, образования. Я думаю, нам сложнее работать, чем приставам до революции.

— Как стать судебным приставом? Какое образование нужно для этого?

— Последние законодательные акты требуют от судебного пристава-исполнителя высшего юридического, либо высшего экономического образования.  Другой трактовки нет. Иначе попасть в эту службу невозможно. Работать человек может уже с 20 лет при наличии соответствующего образования.

— Чем вас зацепила работа судебного пристава?

— Да особо ничем не зацепила. Приставом стал после длительной работы в милиции. Там принцип работы с народом такой же. Со временем втянулся. А начинал работать в Куйбышеве судебным приставом-исполнителем. В 2004 году перешел в Барабинск временно исполняющим обязанности начальника.  Потом работал заместителем до конца 2012 года. В настоящее время я — старший специалист второго разряда. Пока временно исполняю обязанности начальника отдела. Было интересно работать в период становления службы. Все улучшалось, принимались новые законы.

— Есть мнение, что ваша служба — фискальный орган, в котором работают только черствые душой люди. Ведь они отбирают последнее у бедных, выселяют на улицу…

— Черствые душой здесь работать не будут, потому что судебный пристав находится как бы между двух огней. С одной стороны — должник, с другой — взыскатель. И отношение к каждому человеку у пристава должно быть одинаковое. Он исполняет решение суда. Должен принять все меры, взыскать с гражданина деньги, обратить взыскание на имущество, передать что-то, в том числе, выселить.

Некоторые приставы не выдерживают, приходят и говорят — все, я больше не могу этого делать. Извините, как можно выселить из жилья, к примеру, мать с детьми? Сложная работа, тяжело находиться между двух огней. Если судебный пристав сделает что-то в пользу должника, то взыскатель немедленно обжалует его действие в суде, прокуратуре. Повернись лицом к взыскателю — действие будет обжаловано уже должником в тех же органах. Поэтому судебный пристав должен одинаково относится ко всем.

— Интереснее работать «в поле» или в кабинете?

— Конечно, в «поле».  Там работа — более живая, инициативная. Работаешь разнообразно. Отвечаешь только за те действия, которые проводишь. А в кабинете ответственности больше. Находясь на руководящей должности, надо отвечать за весь коллектив. Идут с жалобами не куда-нибудь, а к начальнику. Надо себя так повести, чтобы человек ушел из кабинета без обид и еще сказал «спасибо». Порой, сюда заходят с таким видом, как будто готовы разорвать- с криками, слезами. Но в конце человек уходит с легкой душой и благодарностью.

— Сколько времени вы отдаете работе? Остается на семью?

— Очень много времени. Семья уже привыкла. Когда работал в милиции, тоже дома не находился. К службе относятся с пониманием. Тем более, семья уже вся разбежалась. Внуки уже пошли.

— Какие моменты из жизни чаще всего любите вспоминать? Или, наоборот, о чем хотите напрочь забыть, но не получается?

— Да все вспоминается помаленьку. А что забывать? Это же жизнь. Все, что прожито, забывать не надо. Забудешь то, на чем прокололся, потом в следующий раз — снова на те же грабли. Хорошего было много.  Самым ярким моментом было рождение моей первой внучки в 2001 году. Я тогда был в командировке. Работал с проверкой в Северном районе. Помню наизусть все поздравления. Было очень приятно.

— Чем вы гордитесь в жизни? Что удалось сделать именно так, как вы хотели?

— Семья у меня есть. Есть две дочери и две внучки.  Ну, чего-то определенного добился , что-то, возможно, я упустил. Но я считаю, что жизнь у меня сложилась нормально. Я доволен практически всем.

— Как думаете, наступят времена, когда ваша служба будет не нужна?

— Думаю, что нет. Как бы общество ни развивалось, конфликты всегда есть и будут. Если есть конфликты в семье, когда мать с детьми судится или наоборот, или дети друг с другом — это самое страшное. А что говорить об обществе в целом? Считаю, что наша служба будет нужна и через 10, и 20, и 100 лет. Недаром, ей уже 149 лет! Она была нужна и при царском режиме. Хоть большевики ее упразднили, но исполнители все равно были при судах. Они никуда не делись. Наша служба всегда будет нужна.

Важна ли в наше время работа судебного пристава?

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

About Author

Leave A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

wp-puzzle.com logo